Лио. Рыцарь Лио

Посвящается игре Black Desert Online
и игровому сообществу «Старые пни».
Совпадения имен и лиц считать условными

Алая буква

Лионира, еще не открыв глаза, потянулась, прошептала: «Это ты? Неужели это ты?» – и вскочила с постели, схватив крейг-мессер. Странно, но фонарь Кутума не светил. «Кто это истратил весь его заряд?» – снова раздался тихий голос и зеркало на стене промерцало в такт словам.

«Это еще что?» – в ужасе вскрикнула Рыцарь, носящая титул Ночная звезда именно за создание магического светильника. На зеркале яркой, алой помадой была выведена буква «А», мерцающая по краям, а ниже – черной подводкой «Реролл». «Сколько я вчера выпила Кислого Сока?» – схватилась за голову Лио, – «и где мой Игрок?»

С той стороны зеркала, из-за буквы, на нее смотрело молодое лицо, схожего с которым у нее были только веснушки. Рыцарь была одета в полуброню – как только спала в ней? Фигура с той стороны облачена в светло-серую полупрозрачную ткань с тонкой серебристой вышивкой.

«Кажется, игрок завел нового персонажа», – прошептало отражение. – «И довольно давно».

«Ты не нужна мне!» – прокричала Лионира, даже топнув, ой, от чего так ноги ломит?

«Да ты же вчера… Страшно сказать… В новогоднюю ночь… Бегала без лошади по ивенту по всей Серендии!» – засмеялась лан с той стороны стекла. «Боже мой, на что я еще повелась?» – простонала рыцарь, – «коров хоть не доила?!» «А ты посмотри на руки!» Ладони были красные, словно натертые, и с тонкой молочной пленкой ближе к запястьям. «Какой позор!» – прошептала эльфийка, – «кто меня теперь примет в Камасильвии?»

С улицы через полуприкрытые ставни донеслось: «Год есть Бог! Бог будет с нами вечно!» Лионира осторожно полуоткрыла окно. Шаи шествовали бесконечной вереницей, пританцовывая и размахивая руками. В маленьких ладошках сияли светлячки.

– Андрюха! – донеслось из-за двери квартиры после отчаянного стука. – Андрюха, почему молчишь? Фонарик запустил?

– А? – игрок поднял от клавиатуры тяжеленную, словно сто тыщ слонов, голову. – Где я?

– Очнись, дружище! – повторился женский голос. – С наступившим! Пошли по новогодним квестам!

– Ой! – обомлел игрок, глядя на ту сторону монитора. – Я ланке сломал Маятник Звезды! И она устроила истерику: «Продавай звезду с Рыцарши!».

– Поздравляю! Ты окончательно подсел на BDO, друг мой! Открой почтовый ящик.

Игрок вытащил залипшие клавиши из гнезд, отхлебнул виноградного сока…

– Надо же, я весь фонарь разрядил на разломных боссов! А откуда… помада на экране?

– Андрей! Я чиста и светла, как звезда! – пропела девушка из душа. – Готов?

Игрок улыбнулся. Кажется, вчера всё-таки были настоящие приключения!

Светелье

– Будь ты проклят, Патрицио! – Лионира, пунцовая от ярости, нахлыстывала лошадь, торопясь… да-да, на огород! – Беспроигрышные сундуки, лут гарантирован, всего-то 30 муликов! Повелась, идиотка!

В кошельке, подвешенном к поясу, уныло позвякивали четыре монеты – всё, что осталось после покупки Особого Магического Семечка. Последний шанс хоть что-то вернуть из своего, куда там наживаться!

Пока Игрок кувыркался со своей новой знакомой, Рыцарь стояла на рыбалке, но вот что-то изменилось… То ли Он запустил игровой клиент на удаленном компьютере, то ли кто-то попытался взломать BDO – действительность была такова, что Лионира металась по Хиделю практически по своей воле! «Я буду жить?» – звенело в голове, украшенной эльфийскими придумками – прической с двойным хвостом и обручем из аметистов.

За последние – почти последние – деньги ловкач Патрицио продал ей рекомендательное письмо к жрецу Эллиан с требованием беспрекословно выполнить одно пожелание предъявителя. Ну Лио и выпалила: «Хочу вырастить самое необыкновенное, что есть в мире Черной пустыни!» «Осторожнее с желаниями – мечты сбываются!» – всегда повторял Игрок, но сейчас, без него… кхм-кхм… рыцаршу понесло.

Смотритель фермы насмешливо оглядел эльфийку: «Вы лопату хоть видели когда-нибудь?» «А вот это не она?» – взволнованно тронула Лио длинную рукоять инструмента, притороченного к седлу. «Вам, белоручкам, можно впарить всё что угодно из трудовых приспособ!» – засмеялся гигант, и ох! «Тихо-тихо-тихо», – упреждающе вскинул он руки к лезвию крейг-мессера, проскользившему к подбородку.

«Вот так», – смущенно воткнул гигант штык лопаты в край ямки. – «Вокруг еще разрыхлить землицу, чтобы воздух просачивался. А что сажать будем?» «Дальше я сама», – Лионира махнула лезвием, еще, еще… Усы смотрителя укоротились вполовину. «А вам, землекопам, покажи взмах меча, и можно впаривать шелковую ткань для утираний… причинных мест. Да и беспричинных тоже!»

Гигант бежал к своей сторожке, поддерживая штаны – пуговицы эльфийка отсекла «на десерт» вместе с ремнем из дешевенькой кожи. «Что я творю?» – пронеслось в голове Лиониры Ориони из славной фамилии прародителя Ориония – «я» потерялась в пылу гражданской войны, когда ребенком ей пришлось бежать с еще несколькими детьми из Камасильвии и оформлять бумаги переселенца. – «Нет, что это? Неоправданная агрессия? Откуда?»

Но философствовать некогда. Лио бережно извлекла из кошеля шероховатый шарик, играющий пульсирующим светом. Засыпала ямку движением ноги, затянутой в высокий сапог. Дальше?

Надо было полить Искренней Слезой.

«Ты завел себе ланку!» – вскипело под сердцем Рыцарши и слезы полились сами собой. Девушка стояла на коленях над холмиком земли и рыдала…

«Воину непозволительно прикасаться к орудиям труда. Оружие и только оружие!» – пронеслось в сознании медитирующей Лиониры. Она сидела над грядкой… не грядкой… не знала даже, как назвать. Сидела, скрестив ноги, над уже пробившимся из земли ростком. Вот он вытянулся еще, набухла завязь бутона, оформился бутон, лопнул на лепестки, и они тихо раскрылись, обнажив чашечку цветка…

А эльфийка смотрела на поток образов, летевший перед ней – она начала медитацию над идеей Последнего Дня. Схватки, крики, кровь, хруст копий и лязг мечей – и кто-то тихо диктовал ей Кодекс Темного Рыцаря, которому следовать надо было, несмотря даже на угрозу смерти.

Голос стих.

Странное сияние поглотило собой все образы.

Эльфийка открыла глаза – Светелье сияло, но не жгло. Внутри выросшего цветка нестерпимо сияло Светелье.

«Из этого произойдет Семя Новой Жизни, после того как разломы выплеснут чудовищ и закроются навсегда! Пустыня снова станет Белой! Иди, Хранитель!» – прошумели последние шепоты.

Лионира успела спрятать крохотное Светелье в медальон под броней – Игрок закончил обновление клиента и замер на окне выбора персонажа. «Теперь и у тебя будет Наследие!» – и выбрал Лиониру, Темного рыцаря, 61 уровня, оружие Черной звезды, вспомогательное оружие техночервя Кутума, далее всё как у всех, не считая того, что через латы эльфийки пробивались еле видные лучи.

Аромат пустыни

Казалось бы, еще недавно Лиониру вызвали к жизни.

– Я последую за тобой куда угодно! – пропела фейка над плечом.

– И ты ему повторишь это? – спросил Эдан, Хранитель Легенд, натянув поводья – конь слишком волновался от пыльного вихорька.

– Вот в этом я и хочу разобраться! – Лио потянула сладкий дымок горящих в плошке ароматных листьев пустынника. – Буду ли я пахнуть для него как эта трава, вольная, суровая, но такая… такая… манящая даже для священника, ммм?

– Ты хочешь стать для него праздником, фиестой, счастьем иногда? Или спутницей, напарницей, вечным товарищем у локтя? – Эдан разглядывал украдкой длинные ногтерезки Рыцарши – ими она вскрывала вражье горло в финальном движении ближнего боя.

– Для начала – мечтой! Видишь, марево над горой Титума? – указала Темная концом крейг-мессера на дальний край долины. – Из него звучат его любимые песни. Ну… Или… По крайней мере, я их слышу.

– Молодка! – просипела с вросшего в обочину дороги валуна… «Хайри Ирия» было выведено северной вязью на ее предплечье – предусмотрительность Стражниц, метящих себя для смерти: при жизни никто в их имена не вчитывался, опасаясь схлопотать за любопытство секирой по уху. – Пока вы молодитесь, вы еще верите, что кем-то станете для этих кобелей. Но-но, мессер в ножны! Скажешь теперь «Он не такой», «Я докажу»… Эхе-хе-хе… И он такой, и ты такая! – засмеялась патлатая синеволоска, потомок неведомой в югах расы, мелькнув вертикальным зрачком в синеватой радужке. – Вечно только одно…

– Что именно? – Эдан перетянул поводья налево, развернув коня к Ирии, чтобы получше вглядеться в легкие морщинки у глаз и губ.

– Спорим, что она не узнает? Выиграете – получите Медальон Полюса, всё равно что знак потомка Королей. Нет – пойдет отрабатывать подаренного коня в бордель Резвой Ящерицы. Там таких по несколько ночей смакуют.

Лио трясло. Пальцы сжали рукоять мессера, но левой рукой она все посылала лезвию вдогон ножны, не обнажая так сталь.

– Ладно, Стражница! Стереги свои границы! Мы с ним вместе приедем за наградой! И будем царить, вдвоем, всегда!

– Первый урок тебе. Подумай. Любовь. Царить. Вдвоем. Учись, пока я жива. Ну-ка… – Ирия замотала накрепко Рыцарше глаза черным шелком и – йахха! – наотмашь хлестанула скакуна по крупу.

– Думаешь, вернется? – нахмурился Эдан, глядя на исчезшего в пустыне коника…

А Игрок бродил среди расставленных на стеллажах мониторов. 4К, фантастические 4К приковали взгляд, и в какой бы угол, проход между выставленными товарами он ни зашел – он уже не мог оторваться от сверхчеткой картинки и глубоких оттенков, последние «Звездные войны» и «Город тысячи планет» сводили с ума красками. Банально? А он не мог найти других сравнений – опять вторую ночь подряд не спал, спешно дописывая ГлобоШифр – программу защиты данных Экообстановки корпорации, в которую входили и банки, и супермаркеты, и производственные холдинги… Компания-заказчик обеспечивала своим работникам и клиентам единое экополе, атмосферу, в которой ничто не должно было резать глаз чужеродностью. Корпоративный стиль как код, код как поэзия, поэзия как шифр – каждый работник каждого мегахолдинга был обязан соблюдать лицо и марку фирмы, и теперь, сталкиваясь в пробках у забитых перекрестков, они отчитывались старшему по смене, где видят конкурента и кого узнали в пассажире такси, вопящем: «Пять минут осталось! Дави всех к чертям!». По возвращении из Москвы Игрок стал легендой – его программы по быстродействию и простоте использования не мог обыграть никто, но никто особо и вникнуть не мог в сплетение строчек. «Уникум!» – решало начальство и переводило Андрея на домашний режим работы, с удаленным доступом напрямую к компам руководства. А он метался в четырех стенах, не в силах объяснить никому, куда уходит заработанное и почему до сих пор один. «Может, из этих?» – подозревали. «А если из тех?» – но и у тех своим никто не признавал.

А тут он возьми и познакомься с кружком литераторов, мечтавших о своем электронном представительстве и продажах аудио- и читаемых электронных книг. «Денег я с вас не возьму!» – объявил при первом знакомстве с коллективом воочию, вживую, за чайком, зефиром, печеньями и прочими пирожковыми объеденьями. Девушки единогласно заявили, что брать в мужья безумного программера экстравагантно даже для них, и только одна, Катюша, 20 лет – «моя бабка уже двоих кормила в этом возрасте, а тут всё Катюша да Катинька» – нарисовала ему созвездие Большой Медведицы на листе со стихом и радостно сообщила, что это Ладья, а вовсе не ковш для меда, и вообще когда-нибудь за ней прилетят из созвездия Лебедя. Игрок слушал, как эта невозможная ни для одной пары Аватарка Чуда бросается грозными факами в адрес непослушных ухажеров и вдруг спросил: «Ухажер – от слова уходи или от поедателя ушей?»

Их почти не осталось – смеющихся открытым смехом.

Напев Наследия

– Да-да-да, спасибо, что зашел, – глянула Лио исподлобья на Игрока, застывшего над интерфейсом. – Раздеться? Хорошо, милый, только позам не обучена, прости, кшатриев этому не учат!

Андрей, пожирая взглядом Рыцаршу в одном нижнем белье и чулках…

– Кэт, смотри! Как тебе? – крикнул он неожиданной гостье, принесшей кучу распечаток на озвучивание.

– В вашем лице умирает пластический хирург! – покраснела девушка, студентка еще, и выложила на компьютерный стол лист с абзацами монологов от мужской персоны. – А игра так и будет запущена? Комп всё тянет у Вас, здорово. А зачем игре висеть?

– Готовить будет мисс Лио!

– Прямо так, в трусиках? – девушка огладила джинсы на бедрах.

– Ну нет, – простонала Лионира Ориони, совсем недавно получившая новые навыки в рамках обновления «Наследие».

– Что это было? – вздрогнула Катюша. – Ну вот, голос! Показалось? Ну ладно! Ваша жена тоже будет готовить, пока Вы… ну… Записываете озвучку?

Игрок зарядил порцию ингредиентов в печь на партию Черного Пудинга и… ну-ка… Начнем!

Запись рассказа по фанфику «Атака титанов» пошла своим чередом.

– Что за жена? Давно ли я женат?

– Ааа… Так мы одни? – Кэт, прямо бордовая щечками, с внезапно припухшими закушенными губками, осеклась. – Я думала, вы не один. Ну, вообще…

– Я никогда не думал о женитьбе. После первой попытки. Карьера и творчество.

– Ну а как же вот «семья – самое ценное, семья – опора государства» и всё такое?

Лио резко выдохнула и выкрикнула, выбросив вверх сжатый кулак.

– Не понял, – Игрок переключил окна на мониторе. – А, особый продукт получился при готовке. Семья, говоришь… А надо ли быть в семье, чтобы быть в Семье? – пробормотал Андрей. – Звуки поцелуев тоже записывать будем?

– Ну если только в щечку! Вы ж мне как папа! Особенно шикарно было, когда вы мои разговоры с соседками по общаге слушали. Точно папа! Приехавший к дочке после сессии.

– Ага. А потом папа вернулся домой и впал в задротство, созерцая дев-воительниц и слушая бьюти-метал!

– Знаете, сейчас у молодежи всё так просто, как чашку чая выпить. Мы с девчонками иногда обсуждаем, кому чаепитие удалось. Я? Не-не-не. Только если это будет мой, по-настоящему мой человек. Не хочу идти на поводу у инстинктов.

– Некоторые еще говорят «животное начало».

– Ой, конечно! Двадцать первый век, а всё «животное» и «духовное». Душа, да, сознание, со-знание есть у этой души? Или только простейшие понятия? И над ними, конечно, витают прекрасные, божьи, но твари!

– Вот мне тоже интересно, можно что-то сделать без ангельского влияния? Ловко так рассуждать – большинство животные, а меньшинство прямо до того духовное, что свет из глаз льется такой, что превосходство над миром просто очевидно!

– Согласна!

– На что? Эммм… Лысый о расческе. Пока сам не признаешь, что вот ты, ты сам, ты один, виноватее всех в бедах этого мира, да так, что тебе и расхлебывать их, будто сам наворотил… Какие еще животные, если психологами признан примат творчества над примитивными позывами? Люди в блокадном Ленинграде стихи писали! Франкл, не будем трогать нацию, в концлагере психологическую теорию создавал! При чем тут «животное»? Аааа, это они, писатели 70-х годов, «духовные»? Как просто!

– И, несомненно, животные России? Сайгаки там, лошади Пржевальского… Как удобно быть смотрителем в зоопарке!

– Я бы плюнул на них, но не могу.

– Почему?

– Потому что часы города заводят, к сожалению, они.

Они читали переговоры капрала и девушки-новобранца, они спорили, оставлять ли дедовщину, от которой новенькую «строили» кому не лень, только что в темных углах не зажимали, они меняли сцены избиения героини прямым начальником на ругань тяжело влюбленных командира и подчиненной… Андрей хотел крикнуть: «Сердце же поёт, поёт!» – но остановился. Она боится близости? Ну пусть подрастает и набирается смелости.

Конечно, он проводил ее, до самой остановки Кэт восторгалась свежей записью – закачала ее на смарт и готовилась к чтению-десятиминутке на радио «Град Ориона». Андрей тяжело вздыхал, танцевали звезды в угольном небе переливами изломов на гранях созвездий, а Катюша восторженно умолкала временами, если только тишина может быть величественной сверх восторга.

«Ребенок еще, если это не тонкое вранье», – подумалось Игроку, пока вел проверку аукциона BDO на смартфоне в спецприложении. – «Я в ее возрасте уже жег души».

Лио огладила Статую Нубэра: «Что, крылатый мой? Непривычно, да, девчонка-недавака во втором десятилетии после миллениума. Вернулся, Игрун? Смотри! Помнишь, вчера навык-самобафф на панель вынес? Пойдем, порубим гоблинов в крошку? А, ну да, я мамка персонажих, я и забыла». Раздался легкий звон – пришло сообщение во френд-лист от согильдийки из Украины: «Андрей! А девушка-то у тебя есть?» «Я монах, но скажем так, падший». «С монашками?» «С фантазиями!»

Шла двадцатая ночь Нового года. 20-20-20.

«Пойдем, Лио, потанцуем!» – прошептал Игрок. Вальс с красными волками и самба со львами. Мясо на магические комбо-обеды всегда нужно.

На карте мира снова полыхнуло.

«И этот пожар затушим», – улыбнулся Игрок, переключившись на поиск «мировых» боссов.

«А наивные нахалки ланки пусть примитивят на двух кнопках!» – улыбнулась Лио, начиная грозный танец с крейг-мессером.

«Фррр! Тогда я в отпуск на пляжи Ока Окиллу! Половлю жемчуга и радужных моллюсков!» – усмехнулась Орликана, зачехлила Клинки Крови и сбросила Снежный Наряд прямо до полузакрытого купальника. Так и проехала на скакуне до самого порта, гордо выгнув спинку и озорно поблескивая радужкой стального отлива, встряхивая непокорной головой – ни дать-ни взять, Мирей Матье!

«I need a someone… Who does inneed me…»1 – пропел Игрок, закончив музыкальную фонировку последней сцены фанфика, где новобранка протягивала узкую мягкую ладошку никому не известному технику роты, отвечавшему за шифрование связи. Где-то в переходах университета Кэтти вздрогнула, промурлыкав: «Кому нужны мы…» – встряхнулась, и прилепила под цифры на двери комнаты черно-золотую наклейку «Black Desert Online».

_____________

1 The Doors, «Hyacinth House» из альбома L.A.Woman

Клуб «Чистый интерес»

– Слушай, Андрюх, но это же против закона! – Дима аж микрофон сжал на оголовье.

– Это клуб по интересам, понимаешь? Не тусняк с обжорством и танцами под оглушающий грохот, а вполне тихие посиделки, с обсуждением прочитанного, увиденного. Я тебе серьезно говорю – здесь то же самое!

– Но продавать рабочие места… В цивилизованной, демократической стране с конкурентной экономикой… Как это возможно? – Дима задыхался, проглатывая согласные.

– А вот так! Вы вступаете в наш клуб? Чем можете подтвердить свою лояльность? Мы, со своей стороны, даем вам это приглашение на собеседование, вот список организаций, где вы раньше, кхм-кхм, работали, возможные вопросы на интервью, ну и подборка ваших смелых идей по улучшению обстановки на предлагаемом рабочем месте.

– И сколько это стоит?

– По-разному. От трех до шести. Эммм, месячных зарплат, конечно.

Кнутсен прикусил поролоновую заглушку микрофона:

– Шешть? Шешть кашпромофских… тьфу ты! Зарплат?

Дима тряхнул сына за плечо:

– Ну-ка, не подслушивай старших, всем же слышно, как ты шумишь!

– Понимаешь, это не агентство по трудоустройству, где тебе дается вакансия, то есть шанс. Это клуб. Скованных. Одной целью. И тебе дается гарантия, – Андрей, мрачный, как десять бэтменов, откинулся на спинку цельнометаллического стула.

– Но это же коррупция в самом чистом виде!

Каких слов ни прилепи… Андрей проработал три дня, прежде чем появилась эта девочка. Ходил курить и видел через ее маленькие плечи набираемое на мониторе письмецо: «Хочу состоять в вашем клубе и приносить пользу сообществу, в доказательство чего обязуюсь разработать пакет шифрования в сжатые сроки и представить его от имени …»

Андрей достал флешку с кодом. Покрутил в пальцах, оглядывая зал, выстроенный кабинками с персональными столами. Присмотрелся к кабинету-стекляшке в самом центре помещения, улыбнулся, снялся, пролетел эти 10 метров и вот уже на компьютере начальника предлагал систему паролирования и кодирования с двойной защитой от взлома.

Когда девочка уходила, прижав к груди папки, а ее «папики» недоумевали, что в системе отношений дало сбой… Андрей подумал, что теперь не просто зависть будет собирать («Залетал в Москву на дешевую колбасу»), не просто насмешки («Высоко взлетел, да не по Сеньке шапка»), а еще и глухую темную ненависть («Наших теснит!»). «Ладно!» – карандаш в руках хрустнул. – «Черные начинают, и игра перерастает в бейсбол.»

Назавтра в рекламном отделе крутился невысокий, полноватый, неуемный на язык кандидат в рекламщики.

«Клубные» оцепенели.

– Не знаю, как вы, – обронил Андрей в курилке, – а мы на этой чужой земле с одного созвездия.

Землячество пробило Андрею с сетевым ником Ориония скидку на купейные поезда по России, при том, что по документам командировок он расплачивался полностью.

– Андрей, Андрей, вот так у вас в стране и берут взятки, все, кому не лень! С мелочей начинается! И это не самое страшное! – кипятился Кнутсен.

– А что же?

– Металлику помнишь, «Повелитель кукол»? Это в восьмидесятых годах еще дергали за ниточки, потому что надо было позвонить, письмо бумажное послать, встречу гонцов организовать. А сейчас – тьфу, по щелчку пальцами делается! И знаешь, в чем ужас? Что каждый хочет участвовать вот в этом, игре куклами, и чтобы никак иначе. Особенно это у вас развито! Москва – Третий Рим, а четвертому и не бывать! Не так, что ли?

– Дима, пикантность ситуации в том, что мир – война систем ценностей! Будто у вас этого нет? Просто стало проще войти вот в эту клубность, о которой мы говорили. А уродство ситуации в том, что ответственности ни у кого никакой. Руку же не отрубят. За что? Щелкал пальцами в автобусе, глядя на пассажиров?

– Эх… Всё катится к последней битве.

– Или к последней бутылке!1

________

1Battle и Bottle произносятся идентично.

Кнут цен

Дима Кнутсен, только что получивший регалии гильдмастера от Николая… Да-да, место мастера вакантно, никто не решается, командиры пропадают как в бездну – шутили «Старые пни». Диму не поздравил только конклав новичков, еще не запомнивших, кто есть кто из офицеров, игравших почти круглый день, а не то что главу, заходившего в клиент Пустыньки в перерывах между сеансами бурения на вышке.

Кнутсен весело хлопнул крышкой холодильника, достав охлажденный джин «со слезой», развернул ноутбук, надо собирать гильдию в поход на кашалота Хана, склад гильдии, склад гильдии, склад гиль…

– Не понял! – охнул Мастер и влил в себя изрядную порцию глотков можжевеловой. – Где всё? Где в-с-ё, мать твою челленджер!

Склад, ещё вчера ломившийся от призовых предметов, кусков кораллов для обмена на улучшение кораблей, пушек, снарядов, премии согильдийцам… Склад. Был. Пуст.

– Андрюха! Какая разница, который! Сорри, черт побери, Ориони! Ты по ночам не спишь же? Когда последним был? Тьфу, родной латвийский, кто последним из игры вышел?

– Ну я в 6-00 посмотрел новости и ушел. А оставил… Эти, новенькие, Врата и Хамса, муж с женой, вроде, до упора болтали о чем-то. Я им квест закрывал выполненный, они еще спросили, награда за него есть и кто из офицеров сдает ее на склад.

Кнутсен спешно набрасывал план действий на обрывке новогодней открытки.

– Ориони, иди в Ватсапп, буди Трикса и всех, у кого атака вкачана! И это… Режим поиска!

В таверне приморского городка Велия кого не встретишь… Лио, прищурясь, разглядывала прячущихся в тень… Вот и он, следопыт, закутанный в плащ с капюшоном!

– Вояджер, Вояджер, вызывает Спутник-1! – нервно усмехнулась Рыцарь – блестевшие из-под ткани глаза жгли, жгли, жгли и голова кружилась от этих немигающих огоньков.

– Ставка возросла! – пыхнул трубкой следопыт из-под тканевого полога.

– Разберемся! – довольно щелкнула пальцами Лионира. – Вроде знаешь, я не из бедных.

– Кто знает, так я! – загадочный бывший странник обитал в этом углу безвылазно, и только Лио была известна его тайна – ожоги век, глаза не смыкались и болезненно подсыхали, бррр… – На обедах поднялась? Сейчас да, спрос на корм командам матросов. Все в морском бартере, даже чудовища расплодились – зачищать некому. Разве новички только под утро, в сумерках, на болотах светляков режут с лап Тширов, но ты-то знаешь, Нира!

– Так-так! Вчера должны были на Тширах режиками орудовать Врата и Хамса, – Лио достала из-под брони бюста крупную жемчужину.

– Хамса… Насколько надо быть действительно наглым, чтобы самоназваться кастой сверхлюдей! – странник сплюнул.

– Леблёдушка, ненавижу самозванцев! Кшатрия всю жизнь отыгрываю, с охоты на лисичек и до драконов! – перекосило губы Рыцарше.

– Так вот они опустошили карманы от добычи, и доход у них вырос… Внимание! На двадцать лярдов! Потом переезжали на острова Ока и покупали монеты океана… О! Вышли из ваших «Старых Пней», а деньги из игры вывести не смогли, так-с…

– Так вот оно что! – шлепанула себя по мраморному лобику Лио. – Утечка была, что монетами можно стало меняться! А сейчас, сейчас где они? – Лионира схватила всезнающего за локти.

– Под покровом пустынных плащей торчат на острове… координаты… – Странник показал Рыцарше обрывок магической карты, на ней мигали звездочками ники вредителей.

– Кнутсен, лови в ватсаппе скрин! – Лио выскочила через скрипящую дверь на свет, зажмурилась от капелек солнечного сока и запрыгнула на белогривого Красавчика.

В порт!

– Ориони. Я тебя прошу не как согильдийца. Как Личность, заточенную на милосердие, но и на справедливость. Ты же в такой конторе работал! Вам там всё можно было, если ты встречу украинских Президентов пропил безнаказанно, ну!

– Думаешь, я горжусь? Я вообще думаю, что мне теперь припоминают работодатели сразу всё!

– Ну я не об этом, Андрей же! – Дмитрий выдохнул и спохватился, что подливает собеседнику в Скайпе.

– Тихо. Я сказал, тихо! Егор Константинович, не тебя ли на днях повысили? Как откуда? Ты не в курсе спустя восемнадцать лет? Званский тебе кем приходится? Вооот. Да. Двоюродный украинской родни. Конечно, помощь. Подгрузить на указанный адрес видеооткрытку и обнуление биткоин-кошелька. Спасибо! До связи.

– Черта себе! – схватился Кнутсен за виски. – Биткоин полностью прозрачен, как всё остальное!

– Не люблю мстить, – гуднул Игрок в объемную кофейную кружку. – Своего-то не вернёшь…

– Ничего! Как твоя Орликана растет?

– Загорает без белья на Окиллу. Ждет сегодняшнего рейда.

– То есть как «без»? Ой, ладно, не хочу знать, а то еще сам прозрачным стану!

– Не свети в клане ситуацию. Пожалуйста, – прошипело в фужер шампанское, Ориони: – Теперь Егор гадает, что дружба, что семейные узы.

– А кто он?

– Из Лебедей. Хамсы то бишь. Говорят и Верховный из них, потому пред ним так преклоняются. Пойду прогуляюсь.

Снег скрипел под полуберцем. Снег тек струечками между пальцев. Снег взлетел над пробивающейся сединой, и дети, скатившиеся с ледяной горки, слышали, как невысокий плотный мужчина прошептал, смахнув слезинку:

– Я чего-то стОю. Всё ещё…

– Дима! Нужен Кнут цен, понимаешь! Цены на услуги гильдии. Один Ориони со своими Лионирой и Орликаной каких дел может наворотить! Включаем кнут и пряник!

Специалист по бурению протряс головой, просыпаясь: «Ну нет! Справляться будем без этой политической псевдомафии! Хотя… Запустить сценарий поступков игровых персонажей как сценарий Большого Мира… Тут тебе и кнут, и плеть, и садо-мазо с Декамероном пригодятся!»

Рука застыла над номером Ориони.

В окно светило созвездие Великого Охотника – с луком и при Гончих…

Коронарно

– Классно! Не оторвешься! – восхищенно прошептала Катюша, принимая из рук в руки блюдце с горячей чашкой чего-то похожего запахом на зеленый чай, на вкус – чуть более сладковатый, чуть-чуть совсем, и более терпкий. Она пила незнакомую вкусность, и словно краски на мониторе стали ярче, и… Что это? Очки не так уж и нужны?

– Совсем ничего не вижу, но впечатление, будто ничего стало более четким! – она смотрела ему в глаза, и Андрей вспоминал, сколько раз отворачивалась, протирая толстенные линзы, стесняясь глубоких, бледно-голубых глазниц и такого… горделивого, кхм, носа, Андрея сразу наведшего на мысль о ее якобы прибалтийских предках.

«Западенская ты, короче, надо там корни поискать», – заявила ей наставница литкружка после трех оброненных Андреем слов. «Лишь бы не западлонская», – скривила Катя судорожное подобие улыбки. Стоп! Так вон что! Он еще гадал, от чего она стала шарахаться, что в нем нашлось пугающего, а тут вон что… Дурацкое непризнание настоящей родины!

Если бы он знал, как она плакала, отмахиваясь от соседок по комнате: «Нерусь я, из рая явилась яблоки, змеями порченые, пожирать да нахваливать!» «Да что ты говоришь такое, Катюша», – совсем перепугались девчонки, – «каких еще Ев тебе приписали!» «Митохондриальных!» – расхохоталась Катя. – «Дайте сигаретку. Хотя нет, так дешево меня не взять, я, я ему…» «Да успокойся ты», – выпустила свистящей струйкой дым Милона. – «Он не знает, как к тебе подступиться, а ты оскорбления где-то нашла»…

– Это матэ, южноамериканский напиток. Кортасар его очень любил. В «Игре в классики» персонажи как дома усядутся, так давай матэ… матировать, ага!

– И вот это изображение и есть с ультравысоким разрешением 4К? Дорого?

– Жены не предвидится. Так что могу себе позволить. А с этим, – он обвел колонки окружного звучания, – можно в кинотеатр не ходить. Хотя, если… Пошли на «Звездные войны»?

– Да что ж такое! – девушка возмущенно хлопнула по колену. – Мое окружение просто с ума сходит, джедаи, световое оружие, свет в принципе как оружие и эта…

– Сила? А чем она тебе не угодила?

– Вы вправду верите в микробов, живущих в крови и помогающих творить чудеса? – под улыбкой скрылось еще несколько бодрящих глотков.

– Ну это же сказка! Точнее, современный вариант мифа о Богах и Героях.

– О да! В титанах я кое-что понимаю, кхм. А Кронос-Коронос, пожирающий своих детей? Время, уничтожающее то, что собой же возвысило? Это гораздо ближе к картине мира.

– Ты спрашивала, чем я зарабатываю.

– Когда? А, может быть!

– Есть же принципы буравчика в физике, левой руки там, золотое сечение… Я вот из этого выделяю Матричку, Ключ к глобальному шифру, определяющему экосистему корпорации.

– Хм, хм, хм, – Катюша оторвалась от салфетки, на которой успела маркером нарисовать снежинку из шести лучей с растроениями на кончиках.

– Я же сказал – Скандинавия, – пытливо склонился к поэтессе шифровальщик.

– Если учесть, что каждый имеет право на свое мнение, тем более если оно подтверждено опытом, что уж спорить. Просто… – отчего так сладко? Выгнув спинку и вдохнув во всю грудь, она глянула наискось, – вдруг севернее? Совсем севернее?

– Тогда чем тебе Капитан Америка-то приглянулся?

– Эххх… Не всё доступно физикам, иногда и лирики больше понимают. Звезда на щите. Самая холодная звезда, ну?

– Замуж тебе пора, Лебедушкина! Детям основы передавать! Если только ты не собралась пятитомник поэм напечатать! – Андрей зарылся в книги на полке, вынул из теснины: – Возьми вот.

– Хроника… Линда… – Катюша спешно перелистала, уставила пальчик в иллюстрации – фотографии резных наличников на северных избах. – Спасибо! Я в вас не сомневалась!

«Я родился на севере… Потому что там не было другой стороны», – тихо запел Гребенщиков.

– Хочешь, покажу подробнее Пустыньку нашу?

У Лиониры враз замерзло дыхание. «Он ее еще сюда аватаром втащит?»

Андрей оглядел Катюшу без запретов и возмущений, пока она изучала рисунки резьбы на ставнях скандинавских изб. Прислушался. Нет. Ничего у него никуда не рвалось и не выламывалось.

Только весенние ручьи под сердцем.

– Тебе как  строителю должны быть известны эти приницпы, по которым Вольные Каменщики строили. Там же в какой камень ни глянь – глобальное вселенское явление, – Андрей вел ее под руку и сердце билось так спокойно-спокойно…

– Тут нам в ваше отсутствие на семинаре сказали, что верность масонству подтверждалась актом мужеложества. Серьезно, что ли?

– Ахахахаха… Загнешься с вами. Ага, это же старый анекдот про кузнеца, кодирующего мужиков от пьянства. Чем отъявленнее ложь, тем охотнее в нее верят. Классик национал-социализма. Что?

– Телефон у вас пищит.

– А, это Пустынный аукцион. Комплексный обед на урон по монстрам продался.

– Продался? Сам?

– Я серьезно подозреваю, что да.

Файнал

– Ребята! – Кнутсен усидеть не мог. – Вы знаете, к чему всё идет?

– Ты о чем, Дим? – то один, то другая отвлекались от истребления монстров.

– Файнал боттл, – Кнутсен глотнул еще терпкого красного. – Сейчас вводят в игру Стражей. Последним классом будет Некромант. А потом всё! Пустыня станет другой! Наша с вами родная уже Пустынька станет совсем иной!

Лионира оторвалась от равномерного ширканья точилом по лезвию и подивилась: «Ну надо же! Что-то дошло и до реальности!»

– Ну а что ты так завелся, Мастер? Все истории кончаются крушением мира как он есть.

– Андрюх, ты, кстати, Стража качал хоть немного?

– Что-то мне жутко ею играть. Как во сне ворочаюсь и делаю не то, что хочется.

«Милллый», – прошептала Лио. – «Неужели я зря пролила Слезу Искренности?»

«Finnal battle», – пробурдел Игрок. – «Finnish finish. На месте конца света стильная мусоросборка и высокотехнологичный даббл». Он пролистал на экране еще раз Катин проект. Сколько света! Сколько воздуха! Но свет почему-то синий… «Don’t does Judas me», – тихо подпел акустике Металлики. «У нее много морского света, вот что! Океан, поглощающий острова и заливающий пустыни Индокитая… Необъятное пространство свободы сознания покоряет отжившую землишку! Причем сознание, полное безграничного света и сверхсуществ подсознания – дельфинов!»

Андрей направил коня ко входу в огородец… Чья-то тень метнулась по экрану… На пригорке остались оборванные лепестки.

«Нет», – он выключил запись новостей. – «Что еще надо? Военные сворачивают походные кухни и уходят из зоны бедствия. Питание налаживают студенты технологических колледжей, университетов и школ. Что не учел?»

– Ориони! – раздался шепот. – Орио! Ты чего там бубнишь, будто войсками руководишь?

– А? (Побледнел ведь, побледнел, – замерла Лио.) Да я проект дописываю, пока шайка обеды наваривает. Всё-таки Рыцаря держать на этом занятии нелепо было. Наказал, понимаешь, непокорную домашней работой.

– Напугал бабу стряпней, короче, – отозвалась на заднем фоне известная в гильдии острословка.

– Она не баба! Она воительница! А я ее так! – Андрей потрогал ладонью лоб. Влажно и только что не морозно.

– Ребята, перегружайтесь, перекачивайте клиент. Некроманта запустили в контент. Ой, что-то будет!

– Так, Алл, трупака создаем? – можно отвлечься от «полотенец» кода, от подработки – небольшого интернет-магазина: продажа виниловых пластинок с демо-предпрослушиванием оцифровки на разных аудио-головках. – Ммм, Алл, кем балуемся?

– Да ты знаешь, Андрюш, я озаботилась тоже шаями. Как эти малыши дерутся и надо ли вообще им вкачивать боевые навыки, мелким таким. Ну ставят опыты алхимические, готовить пытаются, музыку играют, вполне ведь достаточно? Хватит бойцов и без них.

– Смотря где, смотря где… Вообще, мне кажется, сколько бы ни принимали резолюций о запрещении несовершеннолетним участия в боевых действиях… Так и будут лезть партизанами, связниками, да тупо воду к огневым ячейкам подносить будут.

– Ты меня когда-нибудь с ума сведешь своими параллелями между мирами.

– Мир тесен. В одном углу чихнешь, в другом окна вылетают.

– Точно-точно! А знаешь, никогда не относила себя к последователям Христа, но воскрешение мертвых – слишком очевидная пародия. Не думаешь? – Алла помешивала сахарок ложечкой в кружке.

– Меня другое сейчас беспокоит. Что? Кто в Апокалипсисе «жена, облаченная в солнце». Всю жизнь у всех Солнце – Муж, Отец. Разве что в молдавских сказках Фэт Фрумос женился на Солнце. Понимаешь? Все философы пугаются активации женского начала в агрессивных формах. А в итоге – Женщина-Солнце.

– Можно написать балладу о слиянии Двух Солнц. Только галактики разлетятся от такой любви.

– Ребцы, клиент перекачали? Тут черти что! Второе солнце над миром. Кругом засуха, и только над Пустынями дожди!

– Андрюш… Может, ну ее, игру эту?

– У меня Лионира танцует перед церковью. Эмоцию «Танец» подгрузили разве?

– Андрюш, мне страшно!

– А я загружаю на сервер заказчика готовый проект «Алая буква» и жду, расшифруют ли каналы передачи и войдут ли без систем паролирования.

Лионира мчалась на место ежедневного появления дракона Нубэра. Озерцо в полноги только помогало ему – древний страж пустыни вздымал туман и брызги, ничего же не видно, штраф к дыханию, всем порезало выносливость, еле ворочались.

Андрей посмотрел на Рыцаршу. Ну и еще. И еще. Она кричала, смеялась, показывала куда-то в сторону Горы Титума. «Но кто играет мной?» – пропел Кинчев, на смартфоне высветилось «Кэтти», но Андрей вдруг чужим голосом проговорил «Я еще не со всеми развелся».

– В один из этих дней, – кричал Игрок на грани разрыва связок, переорывая тьму голосов из сгустившихся вдруг над его плечами языков плазмы Светелья, – я рассеку твое сердце на сотни визжащих кусочков! – и из облачка стали выстреливать в Нубэра извивающиеся струйки прозрачного огня в унисон летящим стонам и хрипам гитары.

Эдан, всегда следивший за схваткой с самой высокой дюны, попятился, прикрыв сердце, будто музыка метила в него, и конец его был предрешен – порваться с последним звоном лопнувшей струны.

– Да! – кричал Игрок, не обращая внимания на метания Нубэра. – Всё вот здесь – всё в этом артефактике – последовательность чисел, матричка, задающая пропорции линиям, формам и тонам, числам и кодовым словам! Разобьем ее! Иначе мы из этой пустыни не выберемся уже при жизни, и так и будем плодить вариации одной системы, одной суммы ценностей!

– Нет! – Лио уткнула лезвие мессера ему в кадык. – Ты и я, и Ключ наш, и мы выберемся отсюда, Хайри даст мне свободу, пойми же, просто всё, пойми, пой-ми!

Андрей замер.

«Пой ми. Poi me. Sing me!»

Он захлебывался слезами, хохотал и выдавливал сквозь спазмы связок: «Лал-ла-ла-ла, лал-лал-ла-ла-ла! But the memory remains!»

Он сжимал в кулаке брошь слепой Фемиды, какая королева без милосердия, но какой король без справедливости… Первая любовь Юстина, не посмотревшая ни на симпатии, ни на память, намекнув на пристрастие к «Дракуле», впилась, помнится, намертво зубами под левый сосок, тянула струйку крови, пока сердце не затрепыхалось… Тина, вытащившая из спрятанного за книгами портмоне тонкую стопку долларов на первый AMD… Андрина, прошептавшая в трубку: «Не жди! Тебя из отдела К пасут! А мне ребят моих из пиратских фирм ну никак нельзя подводить»… It the memory remains, переоценка воспоминаний, а надо ли? Надо ли любви быть вечной? Вспыхнуть и зажечь, а там либо пламя выгорит вместе с телом, либо Плазма разольется по венам и станешь уже иным, полным совсем других улыбок и совсем негорючих слез…

В нижнем отсеке питальника метались пока слабые огоньки, душила вонь горелой пластмассы, а Лио охнула: «Всё одно – вечно становиться другими, пока не станешь хозяином своей игры! Changeling! Преображение!»

***

Катя Лебедушкина, поэтесса, будущий строитель, побледнев и перехватив горло следила, как из подъезда вынесли на носилках бледного, бледного такого, да за что же, отравление продуктами горения, но она улыбнулась, наклонившись к нему, расслышав рифмованную строчку и тихо поцеловав в обескровленные губы.

***

Лио стояла на самом краю обрыва над этой проклятой Черной Пустыней. Из крепко сжатого кулака скользнул в бездну Медальон Полюса. Улыбку Лиониры Ориони, Темного Рыцаря 61-го уровня, знающего Наследие Предков, развеял в воздухе легкий ветерок.

Поделитесь!

Об авторе

andorion

Родился в 1974 году на Севере, в Печоре, но рос в оренбургских степях, в душе оставаясь любителем лесных теней. Отсюда вся психоделика, недосказаннность, недошептанность, незримость стоящих за страхами и озарениями.

Просмотреть все сообщения