Издания наших дней

10 вопросов о лирике и философии: привязанности, страхи, любовь и все-все-все

Помнится, одна в меру юная и не в меру дерзкая поэтесса спросила: «А что надо сделать, чтобы попасть на передачу к известному ведущему радиопроекта об искусстве?» Мой ответ: «Ничего не надо делать, надо писать и писать, публиковаться и выступать, быть собой, и быть Поэтом! Тогда и на радио попадешь и телевизор ваш волшебный тебя покажет», – этот ответ она не поняла. Что же надо сделать, чтобы попасть на интервью? Стать значимой личностью для литературы Оренбуржья. Как, например, наш сегодняшний виртуальный гость Вадим Бакулин.

  • Прочитал твою новую книгу, Вадим, посвященную Цветаевой, и в сотый раз убедился – лирик, тонкий лирик, несмотря на то, что в скандалах поэтического сообщества можешь и приложить крепким словцом. Не трудно жить с нервом наголо, с душой нараспашку?

Если ты поэт, то иначе жить нельзя – только с нервом наголо, с душой нараспашку, и не могу сказать – трудно это или нет, потому что не было по-другому.

Новая книга Вадима Бакулина, посвященная Марине Цветаевой.
  • Датский философ Сёрен Кьеркегор в любом событии, явлении ли видел три составляющих: эстетическую, этическую, экзистенциальную. То есть «КАК это явлено», «как это ВОЗМОЖНО» и «ЗАЧЕМ, собственно, нам эти возможности». Ты думаешь иногда, ЗАЧЕМ? Зачем вот это все?

Помню, томик Сёрена Кьёркегора «Афоризмы и размышления» мне подарил друг на день рождения. Я с удовольствием прочитал, мне понравилась философия экзистенциализма. После прочитал ещё несколько его вещей: «Понятие страха», «Наслаждение и долг»… Много нашёл в этих книгах ответов на волнующие меня с детства вопросы. Однако в каждой философии что-то близко, а что-то нет. Зачем это всё? А что всё? Жизнь, мир? Для творчества! Творчество – для вечности! Реальность? – над ней можно, действительно, только посмеяться. Реальность для меня значима исключительно в творчестве, в творческом процессе.

Бакулин Вадим – поэт, член Союза писателей России, журналист, лауреат литературной премии им. П.И.Рычкова. Родился в Оренбурге. Окончил Оренбургское музыкальное училище и факультет журналистики ОГУ. Работал в различных печатных изданиях. Печатался в журналах “Москва”, “Невский альманах”, “Простор”, “Дон”, “Новый Енисейский литератор”, “Отчий дом”, “Траектория творчества”, “Жарки Сибирские”, “Гостиный двор” и др., в электронных журналах “Камертон”, “Снегири”, “Столица”, “Литеrra” и др. Автор шести поэтических книг.

Из автобиографии
  • Ницше написал: «Мне надоели поэты старые и новые. Они не вдумывались в глубину, поэтому их чувство не погрузилось до самых оснований». Ницше вообще чересчур выпятил фигуру Человека Властвующего, отдав ему наивысшее значение в человеческом обществе, в ущерб даже философам и поэтам. Ты лично как относишься к власти как феномену, данному от Бога, феномену, пронизывающему всю цивилизацию? Вот смог бы руководить поэтической оренбургской ячейкой Союза писателей России? И сознаешь ли, что имеешь некоторое влияние на умы и чувства?

Творчество, данное от Бога – литература, искусство, музыка и т.д.  – есть власть, которая управляет умами и душами, не меньше любой иной власти, уж в этом я уверен, и не обязательно для этого руководить какой-либо ячейкой. А надо будет, смогу руководить, если отношения с людьми, которые доверят мне эту должность, будут уважительными и тёплыми, если будут общие идеи и взгляды. Таких людей много!

  • Один самый оригинальный, самобытный поэт Оренбуржья, хотя и воспитавший себя сам на Хлебникове, взял однажды и заявил: «Со стихами не получилось!» Загадочно так заявил и исчез из общественной жизни. Напрочь. Кто-то его видит, кто-то даже внимает его словам, но – ощущение, что покинул нас. Было ли у тебя желание – всё бросить, засесть на даче, и растить сельдерей? Жизнь поэта непроста была в любое время…

Дело в том, что, когда я разговариваю с детьми, бывает интересно, если действительно видишь потенциал. Но когда ребёнок заявляет: «Я – гений, покажу ещё вам!..» – не интересно, и сразу всё ясно, что будет… А ничего особенного не будет. Вспыхнул – и погас, и грустно, когда даже не помнят.

Было ли у меня желание бросить писать, засесть на даче и растить сельдерей? Не было желания бросить творчество. Всё у меня было достаточно рано: писать стихи начал рано, с шести лет, печататься с 12-ти, в 24 года издал 2 книги, в 26 лет, пройдя круги Ада, со скандалом вступил в Союз писателей России. Ездил в Москву, посещал лекции Юрия Кузнецова в Литинституте, дружил с известными, талантливыми поэтами, писателями. Некогда было думать о том, чтоб всё бросить, хоть и перерывы были в творчестве, и по два, и по три года не писал ни строчки, но всегда знал, что писать я буду после этих переломных периодов. Сельдерей тоже на даче выращиваю, и плов восточный, собственного приготовления, им посыпаю. Одно другому не мешает.

  • Те, кто задумывался хоть раз о жизни в буддистском ключе, приходили к идее, что в жизни три обусловленности, три привязанности к миру – страсть, страх, страдание. Они так сплетены, что из этой триоли не выделишь главного аспекта мироощущения. Есть ли у тебя пристрастия к чему-то? Музыка, напитки, особый тип женщин, стили архитектуры? И чего ты боишься больше всего? Только серьезно.

Пристрастий и увлечений у меня много, всё разве перечислить? Главное, что они вдохновляют, обновляются, не позволяют скучать! А вот боюсь я больше всего, если вдруг придёт момент, когда не будет никаких пристрастий, движения, если никто от тебя уже не будет ничего ждать.

  • Знаю, в современной музыке есть у тебя свои предпочтения. У меня из поэтов от музыки один из любимейших Джим Морриссон. Помнишь, у него – where is the wine, new wine? Dying on the bind. Где вино, молодое вино? Умирает на лозе. Джим был одинок в своей поэтической страсти продлить, углубить чувственность, ощутимость. Но умирает ли молодое? Складывается впечатление, что это просто поколения отходят одно за одним к Другим Берегам, а молодые что, и страдают, и резвятся, какие-то новые течения открывают, косички, бороды, пенисы крупным планом в кадрах кино. Что думаешь, есть будущее у этих устремлений, поразят нас чем-то, как Маяковский, Есенин, Бродский, Кузнецов? Или мир катится в пропасть, как было сказано, к последним дням Кали-Юги, до полного разложения, пока не начнется новая жизнь обновленного мира? После воспевания мастурбации и элементов порно в каждой второй книге/фильме.

Всегда было такое. И в начале 20 века Хармс рисовал на щеке лошадку, ходил в жёлтом пиджаке, у которого один рукав был в 2 раза длиннее другого, Есенин запрыгивал на стол, когда выступал и бил посуду, Марина Цветаева брилась наголо! Были безумно талантливы. Всё было. И были просто клоуны. Всегда было и будет настоящее высокое искусство и порнография тоже.

  • Одиночество. Творческий человек, по моим наблюдениям и соображениям, одинок до периода осознавания своей тесной вплетенности в жизнь, где каждая улыбка и каждый проливной дождь дают нам что-то новое, и преображаешься, и живешь уже в компании вот с этими звездами, которые каждую минуту шепчут тебе «Люби жизнь!» У тебя как с этим? Начистоту.

«Осознавание тесной вплетённости», как ты говоришь, у меня началось с первых дней жизни! С первых дней жизни я прекрасно помню себя и ощущения мира вокруг себя. Удивительно… Но тогда, в детстве – всё было творчеством и вдохновением! А вот сейчас, честно, когда нет творчества и вдохновения, когда нет любви – это пустота. Бывает. Ничего, выползаем же, взлетаем!

  • И сказал Он – плодитесь и размножайтесь. Тогда, мол, никаких одиноких быть не должно. У тебя вот Фамилия, Династия. Помню, в период неформальной молодости кто-то упрямо распускал слухи, что ты чуть ли не Бальмонта потомок. Бред, слухи? Предки же тоже творческих профессий?

Вот в период неформальной юности мне было совершенно наплевать, кем были предки, какое там происхождение… И время было другое, и голова была забита Бог знает, чем.

Когда повзрослел, стал интересоваться своим происхождением, и узнал, что по материнской линии у меня чисто дворянские корни. Мои «пра и пра-пра» были дворяне, родом из Смоленска, Санкт–Петербурга, из Москвы. Родители были творческих профессий: дед – известный фотокорреспондент ТАСС, Баранов И.И. (настоящий мастер своего дела, фотохудожник, как сейчас говорят), мама –  преподаватель литературы, впоследствии – известный журналист, Бакулина С.И, отец – инженер. Творческая среда в доме была всегда.

  • Информатизация жизни привела к тому, что бумажных книг, хорошо изданных, весомого объема и значимых своим наполнением, не так много. Зато очень много шумелок и сопелок. Как не потеряться в этом море авторов? Что посоветуешь читателям нашего сайта, что взять за ориентир, что такое хорошо и что такое плохо в современной литературе?

Прошу прощения, но не буду ничего советовать, ведь с кем-то дружу из современных авторов, с кем-то нет…  Да и у каждого – свой вкус. Главное читать не только классику, но и современную литературу, в которой каждый найдёт своё. А я перечитываю сейчас Тургенева и Достоевского.

  • Надеюсь, что помех развитию нашей рубрики «10 вопросов» не будет, и этот последний вопрос станет, громко говоря, традиционным. Любимый стих? Твой ли, других ли авторов? Такой, что из ряда вон?

Любимых стихов других авторов – целый вагон! Из своих трудно выбрать – читателю виднее.

Так как диалог был со мной, могу показать что-то из своего нового, из новой книги – это будет наверняка интереснее?!

«Вечерний альбом»

В Трёхпрудном дом снесли, а всё-ж остался
Дух старины, Цветаевской весны…
Двадцатый век, как страшный сон промчался,
Меняя лик истерзанной страны.

Вот времени река течёт обратно.
Трёхпрудный… Девятьсот десятый год.
Пух тополиный так похож на вату
У деревянных стареньких ворот.

Ворота открываются: Марина –
Таинственная девушка в пенсне,
В огромной шляпе, в лёгком платье длинном,
Поспешно направляется ко мне.

А кто же я? Высокий, стройный тополь –
Её поклонник, рыцарь, верный друг!
Мы с ней стихи читаем про Акрополь,
Молчим под ливня трогательный стук.

Да, я свидетель всех её проделок.
Мне право, любопытно и смешно,
Как по ночам она гуляет смело.
Бродяга – ветер ей стучит в окно.

Однажды утром, накопив отваги,
И я, увы,  не мог о том не знать,
Она взяла бесценные бумаги
И понесла в издательство – в печать!

А в октябре, когда ронял я листья
Охапками,  и не жалел о том.
Был счастлив, окунувшись в бездну истин,
В её вечерний заглянув альбом!

Шла гордая, назло вчерашним бедам,
С размеренностью стихотворных строк.
Я первым ощутив её победу,
Листвой ей аплодировал, как мог.

Прошла зима… Она казалась длинной.
Марина в Крым уехала потом.
Я верность Вам храню, моя Марина,
Надёжной тенью укрывая дом!

С нами был поэт Вадим Бакулин, член Союза писателей России! Удачно пережить моровую напасть и радовать нас новыми книгами!

Андрей Юрьев,
член Союза российских писателей.

СРЕДНИЙ РЕЙТИНГ
1.4 из 5 звезд. 10 голосов.
Поделитесь!
59082409